Это место мало отличается от сотен подобных микрорайонов по всей нашей необъятной стране. Настоящая рабочая окраина со своим суровым менталитетом, который уже вошёл в городские легенды. Впрочем, во многом это правдивые легенды. Здесь не любят чужаков, а, точнее, относятся к ним весьма внимательно и настороженно.

Восточный находится на востоке Барнаула, что логично и не требует дополнительного объяснения от Капитана Очевидность. По улице Кулагина, чуть далее Барнаульского станкостроительного завода — и будет он, Восточный.

Беспорядочная застройка — от девятиэтажных домов до деревянных «особнячков» полубарачного типа. Все это было возведено в эпоху расцвета советской промышленности, когда работникам окрестных заводов требовалось жилье рядом с работой.

Иной раз не понимаешь, где ты находишься — в 10 минутах езды от центра города или же в деревне. Под окнами «хрущёвок» здесь разбивают огороды, многие держат крупнорогатый скот, домашнюю птицу. Но пасутся коровы среди городских пейзажей, например, на конечной остановке автобусов.

«Я прожила здесь 30 лет, — рассказывает Ольга Носова, жительница Восточного, — еще в советское время дали мне квартиру от завода. Да, тут грязновато бывает осенью, но где же сейчас найдешь идеальный порядок? Совершенно у нас нормальная молодёжь живет. Нет ни каких бандитов-наркоманов, умерли они все давно. Сейчас спокойно. Все всё про всех знают, своих не трогают».


Не будем спорить с мнением местных жителей. Красоту можно найти даже и здесь, если приглядеться и включить фантазию. Пусть это красота не благоустроенных дворов, чистых улиц и необыкновенной архитектуры. Это красота внутренняя, красота истории города.

Когда-то это был никакой не посёлок Восточный, а Большой Гляден (открытая высокая возвышенность, с которой хорошо обозреваются окрестности — прим. авт.). Такой необычный топоним принадлежал территории на северо-востоке железнодорожной выемки рядом с высоким берегом Оби. В начале XIX века здесь находились военные тренировочные лагеря.

Близ горы Гляден барнаульские солдаты готовились к войне с Наполеоном, здесь же, спустя 100 лет, тренировались их потомки. Россия вела боевые действия на Дальнем Востоке против Японии, и ради приближения к природной обстановке Манчжурии (мелкосопочник и относительно залесенная местность) солдаты барнаульского полка штурмовали береговой уступ, укрытый подтаявшим снегом в районе Кожзавода, где перепад рельефа составляет десятки метров. Тут был и сосновый бор, и так называемый Волчий овраг — пересечённая местность.

Сражения были здесь и во времена Гражданской войны. Во время штурма Барнаула белыми войсками на горе Гляден держал оборону полковник Камбалин со своими подчинёнными.

Кроме военной истории была тут и винокуренная. На двадцать пять лет ранее штурма на Большом Глядене открылся спиртзавод Ворсиных производительностью 200-250 тыс. ведер спирта. Завод размещался в кирпичных корпусах, вокруг которых начал расти поселок: амбары для хранения зерна и картофеля, склады, жилые дома для служащих и рабочих, число которых в начале ХХ века достигло 100 человек, имелись школа и баня, содержавшиеся за счет торгового дома. Кирпичные сараи и заводы дали территории название Кирзавод, а одной из улиц имя Лесокирзаводская.

В 1940-х годах во время войны в Барнаул перемещается несколько десятков эвакуированных заводов из европейской части России, в числе которых был и тот самый Станкостроительный, производивший патроны. В спешном порядке возводятся бараки.

В одном из таких домов почти два года будет жить Леонид Быков, известнейший советский актёр и режиссёр, автор легендарного фильма «В бой идут одни старики». Нет, он не был нашим земляком, Леонида занесла в Барнаул эвакуация.

Жил Быков в обычном бараке, а учился в школе №11, ныне разрушенной. По воспоминаниям классного руководителя, Леонид был весельчаком и душой компании, здесь же у него была большая школьная любовь... к кленам, которые, по одной из легенд, росли тут в изобилии. Спустя годы появилась знаменитая «Смуглянка» с припевом: «Раскудрявый клен зеленый, лист резной». Естественно, барнаульцам хотелось верить, что клён — это дань памяти военному детству артиста. Все же недаром премьера фильма состоялась именно в нашем городе.

В принципе, на этом история Большого Глядена закончилась. Началась история Восточного.

Алексей Дьячков, который живет здесь 23 года, поделился своим мнением о посёлке:

«Я тут родился и вырос, но делать здесь сейчас нечего. Ничего нет, ни заведений, ни нормальных магазинов. Негде провести вечер. Можно в сауну только если сходить, раньше еще при гостинице работала небольшая кафешка. Ходили с пацанами. Драки начались, кафешка закрылась. Ну а так-то квартиры тут недорогие, центр рядом. С этой стороны удобно, конечно. С другой — хочется свалить уже куда-нибудь в новостройки».


Так и сочетается здесь богатая история и бедная реальность.

Местные жители, конечно, будут до последнего хвалить Восточный, но многие были бы не прочь отсюда уехать.

Не всегда это получается, ибо такие места затягивают как трясина, и кажется, что выхода больше нет.

С конца 1980-х годов и до последних лет единственным решением всех философских вопросов о смысле жизни на Восточном было банальное пьянство и весьма небанальная наркомания.

Сейчас вам скажут, что здесь всё спокойно, мол, слава Богу, все, кто будоражил посёлок — или на кладбище, или в местах не столь отдалённых. Хотя нет-нет да и встретишь местную молодёжь с бутылками пива. Но мы думаем, этому никто не удивится сейчас. Ведь везде пьют, что тут такого?

Вот на одной из стен брошен вызов «пацанам с ВРЗ». Осталось только дописать «Восточный — рулит».

Самые симпатичные домики посёлка — на улице Кулагина.

Напротив — типичные панельные девятиэтажки с длинными коридорами и «квартирами-малосемейками». Подобные можно встретить на Потоке, ближе к посёлку Западный.

А это бывший дом культуры «Стройгаза». Конечно же, не работает. Заброшен. Рядом находится автостоянка и магазин разливного пива. Основные объекты инфраструктуры, которые в наше время наиболее актуальны.

Если пройти чуть дальше, то можно увидеть местный базарчик, где пенсионеры сбывают свои нехитрые товары — консервированные овощи, пластиковые пакеты и разный ненужный хлам.

Осень — время заготовки дров на зиму. Актуально даже в городе.

Есть здесь на удивление одна более-менее приличная детская площадка. Днем — для ребят младшего возраста, вечером — для тех, кто постарше.

Люди не боятся вывешивать хорошие вещи перед домом и оставлять их без присмотра. Потому как если кто-то утащит красивую кофточку, его найдут и накажут. Жестоко, но справедливо.

Беседка, утопающая в осенних листьях. О её назначении можно догадаться без комментариев.

Как и об этом «уютном жилище».

Учения барнаульского мушкетерского полка, которые проходили здесь пару веков назад, до сих пор в памяти Восточного. Во всяком случае, если видеть ту степень разрухи, которая попадается на глаза. Откуда в этом здании дыра? Следы от пушечных ядер?

Так и хочется сказать посёлку что-то хорошее, например, пожелать ему вырваться из запустения, упадка и пофигизма. Но как это сделать, у нас ответа нет. Здесь нужен уже не терапевт, а хирург.

Мы читаем о победах Восточного в конкурсах по благоустройству и обращаемся к посёлку вместе с этим стендом — «Не умирай, у тебя такая богатая история».

Продолжение следует...

Фото — Сергей Щербин и Дмитрий Медведев, текст — Данил Чурилов.