За последние полтора-два года из Барнаула вновь уехало множество творческих людей — в Новосибирск, Санкт-Петербург, Москву. «Барнаул.фм» выяснил, почему «эмигранты» последней волны это сделали, и планируют ли они вернуться?

Дарья Шадрина, телеведущая. Санкт-Петербург

Все, что касается моего переезда — чистая случайность. Поехала в Санкт-Петербург в отпуск и отправляла резюме исключительно, что называется, для отработки кармы. Было всего три электронных адреса. Ответ пришел только с одного. Этого оказалось достаточно. Мне предложили хорошие условия в большом красивом городе. Глупо отказываться было.

Я люблю Барнаул. И не стремилась уезжать прямо вот чтобы по-серьезному. Но получилось вот так. Я постоянно возвращаюсь. Приезжаю в гости. Может быть загощусь и на подольше как-нибудь. Правда, не знаю, что для этого должно произойти.

Влад Комяков, бильдредактор. Новосибирск

Все банально и просто. Работа и жилищный вопрос. К сожалению, в моей сфере в Барнауле зарплаты предлагались слишком маленькие для того, чтобы можно было купить жилье — денег едва-едва хватало, чтобы платить за аренду квартиры и еду. Мне в целом нравилось то, чем я занимался, уходить в какую-то другую сферу не хотелось. Поэтому в один прекрасный момент было принято решение свалить в соседний крупный город — мол, рынок труда другой, рынок СМИ тоже другой... В общем, все предположения оказались правдой — здесь действительно другой рынок СМИ. Но не стоит преувеличивать значимость большого города — тут нет никаких добрых волшебников в голубых вертолетах. Впрочем, и преуменьшать тоже не стоит. Просто это другой город, с немного другой жизнью, вот и всё.

Мне нравится то, чем я занимаюсь, но в Барнауле мои навыки, умения и опыт особо никому не нужны. А хочется чувствовать себя кому-то нужным, не правда ли?

На данный момент я не вижу причин, по которым я мог бы вернуться в Барнаул, хотя, безусловно, свой родной город очень люблю, у меня там родители, друзья...

Разве что, если вдруг завтра на Алтайский край упадет метеорит, из него высадятся марсиане и в городе появится конкуренция между СМИ. Это будет их подхлестывать работать лучше и интереснее, находить какие-то новые темы, или искать какие-то неожиданные повороты старых, привлекать на работу новых талантливых людей на интересную зарплату, ну, и так далее.

Александр Лансков, журналист. Москва

Я уехал из Барнаула, потому что журналисту на Алтае трудно найти перспективную работу. Вернусь, когда жильё будет доступным и будет достойная заработная плата.

Айжан Жакипбекова, журналист, фотограф. Москва

На самом деле это сложные вопросы. Три года и три месяца я занималась всем, до чего только смогла дотянуться: была и журналистом, и фотокорром, и бильдредактором, и даже немного SMM-щиком. Я объездила весь Алтайский край, видела главу региона чаще, чем родителей, сопровождала министров и советников президента РФ, сенаторов и глав госкорпораций, летала на вертолетах чаще, чем ездила на поездах… Наверное, это характер. Кто-то назовет его неспокойным. Но я по-честному горела делом, была во мне какая-то жадность до работы. Я училась всему, что видела.

У меня были хорошая работа, узнаваемость среди коллег и ньюсмейкеров и дружный коллектив, с которым мы прошли не раз и огонь, и воду.

И несколько месяцев назад пришло понимание: не дергайся, просто плыви по течению, «держи марку» и все у тебя будет — первая небольшая должность через пару-тройку, а потом повышение каждые пять лет — за выслугу.

Грамоты, дипломы, благодарности. Стабильность, уверенность в завтрашнем дне... Рутина. В 40-50 лет, наверное, этого достаточно. Но мне 28 и вот прямо сейчас у меня ничего этого нет. Я просто начала все с чистого листа — уволилась и уехала. Потому что хочу учиться: хочу осваивать новые медиа, новые локации, новые области применения своих сил и знаний. В крае с этим туго — СМИ очень тесная тусовка, в ней очень сильная конкуренция, но не профессиональная, а базарная: у кого глотка лужонее, тому вроде как больше всех надо, а значит работает он больше остальных. А в параллельных и пересекающихся отраслях рулит «опыт работы по профилю 1-3 года».

О том, чтобы вернуться не думаю. Если честно, мне не очень приятно то, что происходит со СМИ Алтайского края (с подавляющим их большинством). Нельзя ездить по форумам независимой прессы, рассказывая, каково жить в провинции «в оппозиции» и неделями не отдавать журналистам зарплат, или платить зарплаты и требовать правок в важные материалы без сколько-нибудь внятного объяснения причин. Или воровать у журналиста время, проводя 2-3 часовые планерки в ежедневных газетах, изводя историями «однажды моя подруга-психолог/гадалка/астролог...» Навскидку могу назвать имя только 2-3 редакторов, с которыми мне бы хотелось или удалось поработать в свое профессиональное удовольствие, с пользой для себя и для дела. И никто из них сейчас не числится в рядах «больших шишек».

В общем медиа-менеджмент в регионе — отстой. Вот, что, по-моему, надо менять.

Дмитрий Трипольский, режиссёр, телеведущий. Новосибирск

Я уехал, потому что после увольнения не смог найти работу в той сфере, в которой трудился. Да и платят здесь больше. Город больше, интересней. Давно хотел уехать, но все «якоря» не отпускали.

Что должно произойти, чтобы я вернулся? Уже ничего! Подумаю, если позвонят и позовут обратно на должность руководителя с зарплатой выше, чем тут! Хотя это, скорее, шуточная мечта. Обратно приеду только ради родителей, но они и сами не хотят, чтобы я возвращался. К тому же Новосибирск — это так уж и далеко от Барнаула.

Сергей Устинов, студент НИУ ВШЭ. Москва

Я уехал учиться, следовательно, основная причина — более высокий уровень образования. Кроме того, более высокий уровень образования подразумевает под собой и наличие людей, которые гораздо сильнее увлечены своим делом или имеют опыт успешного бизнеса/проектов/карьеры. Общение и взаимодействие с ними бывает очень полезным.

Вернуться можно, если будет возможность применить свой опыт и знания в Барнауле. Учитывая, что я учусь на государственном управлении, то это подразумевает под собой какую-то новую команду во власти (хотя бы частично новую) или общественную организацию, с которой было бы интересно работать.

Александр Зель, журналист. Москва

Меня в Москву пригласили. Сам бы я вряд ли решился на переезд. Но от предложений Первого канала отказываются только идиоты, а потому я теперь тоже «понаехавший».

Наверное, любой человек, примеряя на себя какую-то профессию, а тем более выбирая ее делом всей жизни, хочет достичь совершенства, идеального мастерства, заслужить уважения коллег по цеху! На Алтае (да и в любом регионе страны) тебя могут считать специалистом высокого уровня, но проверить — а так ли это — можно только на федеральных каналах, поработав бок о бок с уже заслуженными мастерами. Более высокий уровень, новые знания, совершенно другая отдача от выполненной работы! Да, кто-то может стать примером для подражания в Барнауле, на Алтае, в Сибири и наслаждаться этим... Но я всю жизнь учусь и продолжаю учиться журналистике, а потому стараюсь не останавливаться и продолжаю двигаться вперед и вверх.

Не стану молчать и о еще одном важном аспекте. Конечно играет роль и более высокая оплата труда. Это приятное дополнение к любимому занятию.

Вернуться назад может заставить только полный провал в профессиональном плане! Если окажется, что я не готов тягаться в федеральными корреспондентами. Ну, и если в регионах зарплата увеличится как минимум вдвое.

Федор Коленов, дизайнер интерфейсов. Санкт-Петербург

Причина простая — перевели по работе. К тому же там есть дополнительные возможности для самостоятельных проектов. Для возвращения должна появиться адекватная образовательная и профессиональная среда. Материальный фактор для меня, как для семейного человека, также немаловажен.

Зарема Заудинова, ассистент режиссёра. Москва

Уехала, потому что поступила в Школу документального кино и театра Разбежкиной и Угарова. Это был ни разу не подготовленный переезд, я к нему не готовилась, все случилось внезапно. Уехать хотелось как-то эфемерно, в далеком необозримом будущем, а пришлось в настоящем. Впрочем, это все вовремя.

Я не думала о своём возвращении или не-возвращении, потому что, во-первых, у меня ещё пару месяцев обучения, а во-вторых, у меня тут обожаемый Театр.doc. Самое грустное, что в Барнауле такая форма существования театра: безцензурного и негосударственного, — вряд ли возможна. И, увы, мало кому нужна.

Фото — личные странички героев материала в социальных сетях