Щедрые благотворители и хитрые дельцы, трудоголики-энтузиасты и неисправимые лентяи, солидные господа и яркие ораторы. «Барнаул.фм» рассказывает о том, кто и как руководил городом в дореволюционную эпоху.

vl4

До 1917 года избирательным правом в Барнауле обладала небольшая часть населения города. Чтобы попасть в списки избирателей, нужно было владеть недвижимым имуществом, платить вовремя налоги, не быть судимым. В 1877 году, когда по закону императора Александра II собралась первая Барнаульская дума, голосовать за кандидатов могли 1370 человек — только 10% населения.

Явка избирателей поначалу была очень низка. На первых выборах голосовали около 90 человек, которые выбрали 71 гласного и 5 членов управы. В 1910-х количество гласных уменьшилось до 40 человек, а в выборах принимали участие уже порядка 570 избирателей.

Если в конце XIX века самую значительную группу среди гласных занимали чиновники и горные инженеры, то в начале XX века инициативу перехватили купцы и почётные граждане.

В состав думы неоднократно избирались представители купеческих семей Ворсиных, Бодуновых, Суховых, Поляковых, Морозовых, Толевых, Козловых, Федуловых, Страховых, Колокольниковых, а также предпринимателей-дворян — Платоновых, Андроновских.

Дума собиралась на четыре года. В её введении находились насущные городские вопросы: благоустройство, народное образование, медицина и ветеринария, обеспечение продовольствием, пожарная безопасность, коммунальное хозяйство, распоряжение имуществом, сбор налогов, строительство.

Из числа гласных избирались постоянные комиссии (финансовая, строительная, училищная, врачебная, санитарная, аптечная и т. д.), которые в более узком кругу подробно разбирали те или иные задачи.

Управляя городским бюджетом, думе приходилось активно заниматься экономическими вопросами: лоббировать строительство железной дороги на Алтае, выделять земли для новых промышленных предприятий, давать разрешения на сооружение частных электростанций и установку паровых двигателей, регулировать розничную торговлю.

Дума периодически ходатайствовала о кредитах на крупные инфраструктурные проекты, например, на постройку централизованного водопровода и сооружение элеватора.

Для того, чтобы заниматься рутинными городскими делами, гласные думы избирали управу — аналог нынешней администрации. Во главе управы стоял городской голова. Ему помогали два-три человека. В отличие от гласных, члены управы получали за свою работу финансовое вознаграждение.

Управа непосредственно заведовала делами городского хозяйства, собирала необходимые сведения для думы, составляла сметы, распоряжалась казной и отчитывалась перед думой. Городской голова скорее скорее первым среди равных, но не самым главным. Управление во многом же было коллективным.

Благотворители

Первым городским головой Барнаула стал дворянин Николай Давидович-Нащинский. Он служил на Барнаульском и Павловском сереброплавильных заводах, преподавал металлургию в окружном училище. За время его правления были открыты приходская мужская школа, женская гимназия, горное училище. Любопытно, что дом для училища городской голова купил на собственные средства.

Давидович-Нащинский положил начало своеобразной традиции — городские головы Барнаула стали публично показывать, что заботятся не о своём кармане, а о благе города. Многие жертвовали личные деньги на нужды города, были попечителями лечебниц и школ, помогали крестьянам-переселенцам. По мнению историков, одной из причин этого могла стать возможность для благотворителей получить звание почётного гражданина, которое в обществе весьма ценилось.

Купец Дмитрий Сухов, будучи избранным городским головой, отказался от полагавшегося ему жалования в 2579 рублей. После смерти Сухова его сыновья добавили к этой сумме недостающие средства и построили школу около городской рощи.

Василий Сухов стал городским головой, как и его отец. Во время неурожайного 1902 года он купил на свои деньги 25 тысяч пудов зерна для Барнаула.

Иван Платонов, дважды возглавлявший город (в 1898–1901 и 1911–1912 годах), оплатил постройку пожарного депо и открыл электростанцию, снабжавшую город энергией.

vl1

«Карточный домик»

Проходимцам было довольно трудно попасть во власть. Этому мешал имущественный ценз и отбор гласных думы. За 40 лет существования городского парламента такие случаи были единичными. Система быстро отторгала этих людей.

Самой показательной стала история городского головы Михаила Страхова. В 1911 году Барнаул ожидал от императора разрешения на строительство Алтайской железной дороги, которая должна была связать город с Транссибом. Для лоббирования интересов барнаульцев в Санкт-Петербург отправился сам Страхов. Разрешение на строительство очень долго не появлялось, а содержание своего представителя в столице стоило бюджету города довольно дорого — 20 рублей в сутки. Кроме того, Страхов периодически просил думу выслать дополнительно 700-800 рублей на разные «представительские расходы». Мол, к приёму у государя надо основательно подготовиться, справить новый костюм, купить запонки, нанять экипаж.

Критики Страхова стали поговаривать, что действительная цель поездки была иной. А градоначальник просто уцепился за возможность жить и кутить в столице за счёт командировочных, вводя горожан в заблуждение.

В газетах появились фельетоны, открыто намекавшие на то, что городской голова банально лжёт. Разразился скандал. Дума постановила прекратить выделение денег Страхову.

Примечательно, что один из следующих градоначальников — Николай Переломов «отличился» ещё больше Страхова. Его также отправили в Петербург, но уже с более широким списком задач. Переломову надлежало выхлопотать денег на содержание полиции, пролоббировать строительство сельхозинститута и вопрос массового открытия школ. Ничего из этого сделать не удалось. Зато Переломов, будучи в столице, смог получить для себя должность инспектора пароходных дел и ушёл с поста градоначальника.

На очередных выборах городским головой избрали представителя купеческой династии мукомолов Петра Федулова. Предпринимателя в городе уважали. Он, к примеру, занимался благоустройством улиц за свой счёт. Но губернатор относилось к нему не столь благосклонно и не утвердил в должности городского голову. Думе срочно пришлось искать замену. Большинство проголосовало за владельца винокуренных заводов Ивана Платонова, который уже руководил городом на рубеже XIX—XX веков.

Тогда против депутатов «восстал» всё тот же Михаил Страхов — городской голова, чьи полномочия вот-вот должны были закончиться. Страхов просто вычеркнул из повестки заседания думы вопрос об избрании своего сменщика, сославшись на то, что губернатор «не дал добро». Он сам намеревался остаться в должности. Пресса и его противники обвинили Страхова в коррупции — тот якобы получил взятку в 150 тысяч рублей за помощь с концессией на постройку Алтайской железной дороги для одного предпринимателя. Страхов отступился. Платонов занял его должность.

«Платонов имеет репутацию, скорее, среднюю, но в данном случае ценность его кандидатуры заключается не в его работоспособности, а в безусловной честности и верности интересам города», — писали тогда барнаульские газеты.

Проработал Платонов всё же недолго. В том же году городская дума была распущена, назначены новые выборы — депутатам досталось за излишнюю самостоятельность.

«Суд Линча»

Иногда градоначальники встречали противодействие и снизу. В 1913 году новым головой Барнаула избрали инженера Александра Лесневского. В самом начале своего срока Лесневский столкнулся с проблемой. Ему стал угрожать барнаульский отдел «Союза русского народа». Националисты пытались зачислить его в свои ряды, хотя новый городской голова имел польские корни и исповедовал католическую веру. Представители «Союза» говорили Лесневскому, что если тот станет членом организации, ему не нужно будет беспокоиться за утверждение в должности. Но все настойчивые предложения Лесневский отклонил.

vl3

А после выборов городской голова получил угрожающее письмо от барнаульского комитета «Единство сила»:

«Вы для занятий общественной службы не подходящи, на том простом основании, во-первых, как чиновник поляк, будете заняты не столько городскими делами, сколько личными счетами с подчинёнными. Были случаи как какой-нибудь из ваших подчинённых не во время поклонился и вы уже начинаете ему мстить. Комитет нашёл необходимым заблаговременно вас предупредить. В случае, если господин Лесневский не пожелает добровольно отказаться от должности городского головы, принять самые решительные и последние меры, возложа таковые на трёх лиц „исполнительного отряда“ и применить, как к личности господина Лесневского, а также и к его недвижимого имущества „суда Линча“ без всяких отступлений. Сроки не назначаем, но в долгий ящик не откладываем, а благоразумие Лесневскому подскажет подать заявление в управу о сложении с себя звания городского головы».

Угроза звучала весьма серьёзно, но Лесневский всё-таки был утверждён губернатором в должности барнаульского городского головы. Суд Линча не состоялся, а делом «энергично» занялась прокуратура. Поговаривали, что травлю могли инициировать конкуренты за должность градоначальника.

Прогульщики

Поскольку гласные городской думы не получали жалования и были людьми занятыми, они часто не посещали заседания. Многочасовое обсуждение скучных вопросов, затягивавшееся до позднего вечера, было для некоторых тяжёлой обязанностью. Почти всегда в думе присутствовал костяк гласных — порядка 20 человек, но этого количества не хватало для кворума. Принять важные решения дума могла только в присутствии 2/3 своего состава.

О нравах прогульщиков говорят воспоминания современников. Один депутат явился в городскую думу буквально на несколько минут, вскоре покинув заседание со словами: «холодно тут после бани сидеть».

При вступлении на должность городского головы Александр Лесневский в своей речи сказал, что «вся сила думской работы не в самой думе, а в думских комиссиях». Но первые же заседания созванных им наиболее важных комиссий (по выработке условий отдыха рабочих и условий содержания ремесленных заведений) не состоялись. Голова назначил вторичные заседания и для того, чтобы они состоялись, поехал по квартирам членов комиссий лично приглашать их. Заседание первой комиссии прошло, но следующие два заседания пришлось отменить — из 19 членов явились всего пара человек.

Когда Лесневский не ездил по квартирам гласных, то происходил обзвон депутатов по телефону с «убедительнейшей» просьбой пожаловать на заседание, так как «до кворума не хватает двух человек».

vl2

Однажды городскому голове надоели бесплодные попытки рассмотреть в думе один из насущных вопросов. Он разослал каждому гласному пригласительную записку с предупреждением. В нём говорилось, что если депутаты вновь разбегутся, то городская управа воспользуется законным правом проигнорировать думу без кворума и отправит документы на подпись губернатору напрямую. Внушение подействовало. Уязвлённые гласные в следующий раз пришли в нужном количестве.

Из «троллей» в председатели

В 1911 году барнаульский предприниматель и депутат Госдумы Василий Вершинин начал издавать газету «Жизнь Алтая». Она выходила каждый день и отличалась независимым взглядом на события. Среди сотрудников издания был Порфирий Казанский — острый на язык поэт, активный общественник и, можно сказать, настоящий «тролль».

Изюминкой газеты стали поэтические колонки Казанского, в которых он лихо высмеивал мещанские нравы горожан, действия нерасторопных чиновников, пороки городских обывателей, знакомую всем барнаульскую неустроенность. Тексты читали всем городом, а героям колонок приходилось потом краснеть перед соседями, да и всем обществом. За излишнюю «дерзость» в текстах Казанского даже штрафовали власти.

Когда произошла революция 1917 года, Порфирий Казанский её встретил с восторгом. Он вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию, избрался гласным городской думы. На выборах в Учредительное собрание, которое должно было решить будущее органов власти Российской республики, Казанский занимал второе место в региональном избирательном списке РСДРП. Карьера вчерашнего редактора и колумниста пошли в гору — этому способствовал живой ум и задатки хорошего оратора.

vl6

В сентябре 1918 года, буквально на один месяц, Казанский становится председателем городской думы. С декабря того же года и вплоть до поражения белогвардейцев в Сибири, Казанский работает заместителем председателя губернской управы — де факто «вице-губернатором».

Ирония судьбы привела человека во власть, которую он сам ранее критиковал за бездействие. Однако самому Казанскому сделать что-то в условиях чрезвычайной обстановки было тоже трудно.

К ноябрю 1919 года почти весь Алтай оказался во власти партизан, а деятельность губернской управы оказалась парализованной. Казанский подал в отставку и поступил учителем географии в женскую гимназию Будкевич в Барнауле.

В декабре в город вошли красные. С этим и закончилась история местного парламентаризма. Одного из последних председателей думы в 1930-х годах расстреляют советские репрессивные органы.