Исторический центр города сильно изменился за каких-то десять лет. Попробуйте прогуляться здесь вечером. Тишина. Редкие прохожие. Пустые троллейбусы. Тёмные окна первых этажей. Неуютно и жутковато. Почти некуда зайти, погреться, провести время.

Закрыт «ТАСС», бывший важным местом притяжения. Исчезло «Рок-н-ролл кафе». Не работают клуб «Камелот» и ресторан «Нирвана». Закрыт даже трэш-бар «Сова» на улице Льва Толстого. И когда офисные работники, служащие и торговцы разъезжаются вечером по домам, здесь замирает жизнь.

Ещё в 2006-м влюблённые парочки гуляли по аллее Ленинского и сидели в уличных кафе. В 2016 году на лавочках лежат только листья, а молодёжь проводит больше времени в торговых центрах.

«Старый базар» сжался до маленького уголка на берегу Барнаулки. Циклопическое здание Центрального рынка закрыто, кажется, навсегда. Кто теперь ходит сюда обновить гардероб? Дорого, далеко, некрасиво. Да и как-то стыдно.

«Речной вокзал» давно считается в полиции источником проблем. Если какой-нибудь тёплой летней ночью здесь не было массовой драки, то дежурство можно считать удачным.

7657462564

Нагорный парк превратился в большую стройку. Символ безвременья — лестница ведущая в никуда. На ней можно фотографироваться в окружении приятного света фонарей, но ни внизу, у подножья холма, ни наверху делать по-прежнему нечего.

Площадь Спартака и Демидовская, улицы Пролетарская, Партизанская, Пушкина, Чехова, Гоголя — непригодны для вечерних прогулок. Бесцельно здесь никто не ходит. Грязновато и темно.

Миграция жизни началась одновременно с активным освоением северо-западной части города, когда появились новые кварталы в районе Павловского тракта, улиц Попова, Шумакова, Власихинской, Балтийской, Малахова. В новостройки переезжает молодёжь. Для многих — это первое собственное жильё. Рядом на пустырях и полях выросли главные торгово-развлекательные центры Барнаула — «Европа», «Огни», «Весна», «Арена». Тут появились две «Ленты» и один «Ашан». Здесь находится аквапарк и зоопарк, многозальные кинотеатры, ночные клубы, рестораны, бары, кафе, кондитерские и кофейни.

Отпала необходимость ехать за развлечениями и покупками через весь город. Центр стал проигрывать окраинам. Одни предприниматели вовремя переехали поближе к активной аудитории, другие свернули дела. Оставшиеся обслуживают тех, кто является клиентом по привычке или от безысходности.

Это ни плохо, ни хорошо. Просто изменилась жизнь, поскольку город — живой организм.

Что будет с центром? Функции, которые он выполнял в советское время и в «девяностые-нулевые», уже на актуальны. Что будет с этими улицами? Будут ли они застроены многоэтажками, обступающими старые деревянные дома? Продолжится ли ветшание и превращение в город-призрак, вспоминающий годы «золотой лихорадки»? Будет ли центр своеобразным «правительственным кварталом»? Сюда в последние годы переехали ЗакСобрание и краевая епархия, а мэрия выстроила для себя новые апартаменты.

c2

Власти надеются на туристические потоки, которые, по их мнению, обязаны появиться. Ради этого затеяно несколько крупных строек и реконструкций. Но мало кто задумывается, что может привлечь условных москвичей и петербуржцев далёком провинциальном городке с азиатским названием. Вряд ли это будут подкрашенные фасады домов, железобетонная лестница ведущая на холм или обзорная экскурсия по окрестным улицам. Вопрос остаётся открытым. А центр сейчас — словно чистый лист, на котором надо написать новые смыслы.

Фото — архивы редакции и Антон Червяков