В 2016 году в Барнауле произошло примечательное событие. На двух участках проспекта Ленина — от улицы Анатолия до Интернациональной и от Дмитрова до площади Советов — коммунальщики высадили новые деревья. Для этого были выбраны: берёза, рябина и черёмуха. Как объясняли позже власти, «вместо устаревших деревьев». Символично, что это были не типично городские растения. Их чаще можно встретить в каком-нибудь парке, чем на центральной улице.

Эпоха тенистой тополиной аллеи ушла в прошлое. В последнее десятилетие главный барнаульский променад стал совсем другим. Сидеть на скамейке под кустом черёмухи — есть в этом что-то деревенское.

Старые и нескладные тополя заполняли всю округу пухом, но и прятали прохожих от солнца. Они придавали провинциальной обстановке Барнаул облик не парадный, но более человечный. Тополя были важной городской приметой, а аллея на главной проспекте считалась исторической.

trees5

Первые бульвары в Барнауле появились ещё в 1820-х годах при губернаторе Петре Фролове. На старых снимках хорошо видны аккуратно подстриженные кудрявые деревья, высаженные посередине Московского проспекта. Они шли от рыночной площади вверх по улице.

От проезжей части деревья были отгорожены небольшим забором. Если в то время путник отошёл бы в глубь соседних переулков, то мог бы увязнуть в грязи по колено. С благоустройством у Барнаула всегда были проблемы. Но аллея это впечатление уравновешивала, словно витрина города.

trees14

Несмотря на пожары, полную перестройку центра города, появление трамваев и рост транспорта на улицах, на аллею никто не смел покушаться. Менялась власть, но аллея оставалась на месте.

На послевоенных кадрах хорошо видно — аллея жива. За ней худо-бедно ухаживают. Здесь стоят скамейки, а густая листва деревьев особенно живописна летом. Это заметно даже на чёрно-белых снимках.

trees1

trees2

К 1970—1980-м годам тополя стали гигантскими. Они впечатляли и завораживали. В отсутствии интернета, кабельного ТВ, клубов, баров и торговых центров, аллея до середины «нулевых» была главным местом, где проводила время молодёжь — благо почти все вузы города находились здесь же, на проспекте.

trees3

trees6

Та же «атмосфера величия» тополей ощущалась и на Красноармейском проспекте. Но аллеи там не было, деревья плотной стеной росли вдоль тротуаров.

trees4

В начале 2000-х тополя начали создавать серьёзные проблемы. Падение одного дерева или даже ветки во время штормового ветра несло угрозу прохожим и автомобилям. Тогда было принято кардинальное решение — избавиться от старых деревьев.

Научные сотрудники Алтайского госуниверситета и института садоводства имени Лисавенко подготовили проект высадки деревьев, адаптированных к сибирскому климату и специфическим местным условиям. Было установлено, что берёзы, липы и ели тяжело переживают жёсткую атмосферу города и быстро гибнут. А тополь поглощает гораздо больше вредных веществ, чем другие растения и легче приспосабливается.

trees10

Но молодые тополя, яблони, клёны и дубы высаживать никто не стал. Коммунальные работники попробовали здесь посадить берёзы-крупномеры, ссылаясь скудные бюджеты. Так, например, на участке между улицами Никитина и Анатолия срубили 5 тополей и посадили 27 лип, между улицами Пролетарской и Интернациональной вместо тополей посадили 82 березы и 85 елей. «Под сруб» попали 87 тополей на участке между площадью Октября и Брестской улицей. На их место высадили 87 берёз.

Берёзы приживались на аллее плохо. Многие из них с наступлением холодов не пожелтели, как обычно, а высохли зелёными. Позже специалисты назовут причину гибели деревьев — их высаживали неправильным способом.

trees8

trees9

Поначалу было решено не вырубать оставшиеся тополя — им просто обрезали стволы и ветки, в надежде, что из «пеньков» начнут расти новые прутики с листьями.

Картина с голыми стволами выглядела апокалиптично, но через пару лет деревья обросли новыми кронами.

Кроме того, обрезка веток экономила деньги городской казне и была дешёвле покупки новых саженцев.

В 2008 году проспект Ленина подвергся очередному этапу реконструкции. Проезжую часть расширили за счёт аллеи и часть деревьев попросту срубили. Наученные опытом власти распорядились теперь посадить саженцы тополя бальзамического.

Но поскольку в тот раз деревья вырубали лишь с одной стороны, аллея стала выглядеть асимметрично. С одной стороны — молодые тоненькие деревца, с другой — старые тополя-обрубки. Было решено, что «Горзеленхоз» станет регулярно подрезать старые в ожидании, когда саженцы сравняются с ними по высоте. Но этого почему-то не произошло.

trees12

В книге бывшего дореволюционного городского головы Александра Черкасова, который по-совместительству был писателем, цитируется старая барнаульская легенда.

Считалось, что Пётр Козмич Фролов — «всему голова» и «без его ведома ничего не делалось». Он принимал деятельное участие в сооружении всех капитальных построек в Барнауле во время своего правления — и дома начальника округа, и лазарета, и горного училища. Всё было дело рук Фролова. Из-за его честности и принципиальности в Барнауле говорили: «Не боюсь ни огня, ни меча, а боюсь Фрола Козьмича».

trees11

«Фролов был человек именитый, одно слово — начальник! — писал Черкасов. — Правду он говорил, как рассаживал тополёвую аллею по песчаному грунту; и когда ему доложили, что в песке тополя не вырастут, посохнут, врёте, говорит, дураки, головешку посажу и отрастёт! И выросли! Вон и теперь стоят по Московскому тракту».

Однако теперь это лишь одна из городских легенд.

Фото — Владимир Моисеенко, Михаил Хаустов, Данил Чурилов и архивы редакции.