«То, что я увидел здесь, в моей жизни еще не было, а я жил и в Норильске, и в Красноярске, и в других местах Сибири», — воскликнул губернатор Виктор Томенко в конце своей первой барнаульской зимы, наполненной еженедельными коммунальными авариями городского масштаба.

Суровая реальность, с которой столкнулся глава региона, для барнаульцев — традиция, обыденность и банальность. Это сейчас, спустя полтора десятилетия после гибели первого мэра города Владимира Баварина, сформировалась легенда о «народном градначальнике» и «крепком хозяйственнике», мол, при нём город процветал. А все последователи — жулики, казнокрады или вовсе недотёпы, недостойные стоять в одном ряду с Бавариным.

Но именно баваринские «девяностые» — это самое жуткое время в жизни города со времён великого первомайского пожара 1917 года.

Абсолютной нормой было хождение с ведром или канистрой к колонке — в многоэтажках воды могло не быть несколько дней. Барнаульцы быстро привыкли спать в тёплой одежде и вернули в обиход свечи.

Если сейчас после пары часов отключения воды или батарей жители изливают своё недовольство лишь по телефонам аварийных служб и в соцсетях, то при Баварине барнаульцы натурально ломились к нему в квартиру.

баварин

— Время было очень тяжёлое. Казна пустая. Мне иногда звонили, когда кому-то воду в городе отключали, и спрашивали: «У вас есть вода?». Я отвечаю: «Да, вроде есть». А женщина, звонившая мне, ответила: «А у нас нет воды». Ну что они хотели? Чтобы я им воду подвезла? — возмущается вдова мэра Вера Баварина, вспоминая работу своего супруга. — Было время, когда ТЭЦ-2 плохо работала и было холодно в квартирах. У нас тоже дома было очень холодно. Мы ходили в теплых костюмах и спать ложились чуть ли не в шапках. Вот тогда ко мне пришла целая делегация женщин, чтобы проверить, как отапливают нашу квартиру. Хотели выяснить, так же, как у всех, или лучше. Я их всех запустила. Они посмотрели, что у нас тоже холодно. Я говорю им: «Как у нас может быть тепло, если у нас одна труба?». На что они мне ответили: «Может, вам тепло подают отдельно».

Возглавивший город после гибели Баварина Владимир Колганов столкнулся с рекордной по количеству коммунальных аварий зимой 2004—2005 годов. Новый мэр возмущался тем, что энергетики не перекладывали трубы в запланированном объёме и грозился жаловаться в Москву.

— «Алтайэнерго» уменьшило объем перекладки магистральных теплотрасс в три раза — с 7,9 км до 2 км. Сорваны сроки перекладки внутриквартальных муниципальных тепловых сетей, которые должны ремонтироваться за счет средств «Алтайэнерго», заложенных в тарифе. План в 14,3 км не выполняется, — рассказывал Колганов. — Но мы намерены поправить эту ситуацию и в ежедневном режиме следим за ремонтной кампанией. Если понадобится, то готовы решать эту проблему на уровне Анатолия Чубайса.

колганов

«Решить проблему» удалось так, что зимой 2010 года, в самый разгар морозов, на ТЭЦ-3 случился сильнейший пожар, отставивший три района города без горячей воды, отопления и света. При этом барнаульцев настойчиво просили воздержаться от использования обогревателей, чтобы не нагружать сети. Последствия ЧП разбирали несколько дней, а Колганов заявлял о необходимости «постоянно контролировать ситуацию» и «не забывать, что мы живем в Сибири».

«Эпоха» Игоря Савинцева — сменщика Колганова в мэрском кресле — ничего нового не принесла. Зимы и морозы традиционно приходили неожиданно, становясь причиной лопания труб и затопления улиц.

«В пять часов вечера слесаря уходят с работы», «я дал телефонограмму в управляющие компании», «один из рабочих в гидрокостюме нырнул в колодец» — эпичная борьба Игоря Савинцева с последствиями аварий вызывала скорее улыбку, чем сочувствие.

Дело дошло до того, что его заместители, подхватив инициативу рабочих, сами стали нырять в колодцы и держать там круговую оборону при переделе рынка между энергетиками Барнаула. И в том странном эпизоде проявилась суть тех, кто управлял городом последние десятилетия. Они были готовы прыгать в колодцы только ради какого-то уважаемого бизнесмена. Для всех остальных случаев находился какой-нибудь слесарь.

савинцев

Зимой 2012 года огромную территорию микрорайона Поток затопило водой, хлынувшей из лопнувшей трубы. Стихия заполонила все улицы и дворы, перекрыла движения автомобилей и трамваев. Глядя на ту инфернальную картину, оставалось лишь радоваться, что это была холодная вода, а не кипяток.

К ЧП такого масштаба все привыкли. С ним относятся как вынужденному дискомфорту. Мол, всегда так жили.

дугин

Губернатор Виктор Томенко не жил в Барнауле все эти годы, поэтому нам понятно его удивление. Но ничего, это пройдёт.

Судя по тому, как глава региона экзаменует мэра Сергея Дугина на знание километража ремонтируемых труб и количества жителей многоквартирных домов, Виктор Петрович всерьёз уверен, что здесь можно что-то поменять с помощью математики и какой-то матери. Барнаул просто так не сдастся. Недаром Дугин уже обещал горожанам «сделать прорыв» в 2019 году.